Федеральная налоговая служба ОАЭ наконец опубликовала обобщение частных разъяснений по корпоративному налогу, выданных до мая 2026 года.
Формально это не новый закон и даже не новый официальный гайд. Речь идёт о своде ответов FTA на конкретные запросы налогоплательщиков. Но именно поэтому документ особенно интересен, так как частные разъяснения показывают, как налоговый орган понимает эту теорию на практике.
А практический подход FTA становится всё более очевидным: сущность важнее формы, налоговая служба смотрит не столько на название компании, тип лицензии или красивую схему владения, сколько на реальное экономическое содержание.
Кто фактически ведёт деятельность? Где работают сотрудники? Кто несёт расходы? Кто получает экономическую выгоду? Для чего приобретён актив? Где принимаются решения?
Сразу оговорюсь, я не буду переводить термины закона о корпоративном налоге, решений правительства и министерских решений, чтобы не утратить точности – если вы работаете в ОАЭ вам лучше сразу помнить Qualifying Free Zone Person, а не квалифицированное лицо свободной экономической зоны.
Free Zone не означает автоматические 0%
В первые годы после введения корпоративного налога многие воспринимали режим свободных зон довольно просто: компания зарегистрирована во free zone, ведёт разрешённую деятельность, значит, может рассчитывать на ставку 0%.
Из новых разъяснений видно, что такой подход слишком упрощён.
Чтобы сохранить статус Qualifying Free Zone Person, компания должна подтвердить наличие достаточного экономического присутствия, то есть adequate substance.
FTA будет смотреть на:
- активы компании;
- количество и квалификацию сотрудников;
- операционные расходы;
- место выполнения основных доходообразующих функций;
- соответствие ресурсов реальному масштабу бизнеса.
Сам по себе flexi desk, юридический адрес или лицензия больше ничего не гарантируют.
Если компания заявляет, что ведёт серьёзную торговую, инвестиционную или управленческую деятельность, но при этом у неё нет сотрудников, расходов и понятных бизнес-процессов, возникает очевидный вопрос: кто же тогда эту деятельность осуществляет?
Даже пассивный бизнес не всегда освобождает от требований к substance. Например, компания, которая сдаёт недвижимость в аренду, должна кем-то администрировать договоры, контролировать платежи, продлевать аренду и защищать свои права. Полное отсутствие сотрудников может свидетельствовать о том, что достаточного присутствия нет.
При этом FTA допускает разумную гибкость.
Сотрудник может быть оформлен на связанную компанию, но учитываться для substance другой компании, если он действительно работает под её контролем, а она несёт соответствующие расходы.
Shared workspace также не запрещён. Но пространство должно соответствовать реальной деятельности компании. Для небольшого holding vehicle этого может быть достаточно. Для торговой компании с крупным оборотом и полноценной командой, вероятно, уже нет.
Иными словами, вопрос теперь звучит не так: «Есть ли у компании офис?» А так: «Можно ли из этого офиса реально вести заявленный бизнес?
Налоговая смотрит на реальную деятельность, а не на формальные ярлыки
Один из главных выводов обзора: название услуги или вид лицензии сами по себе не определяют налоговый результат.
Например, wealth and investment management может быть qualifying activity, но только если речь идёт о полноценном управлении капиталом или комплексном инвестиционном консультировании.
Простое получение referral fee, исполнение поручений клиента или брокерское посредничество ещё не делают деятельность wealth management.
Matched-principal brokerage, при котором сделка проводится только после нахождения встречного покупателя и продавца, также само по себе не относится к qualifying wealth management. Такая деятельность может быть лишь вспомогательной по отношению к полноценному управлению инвестициями.
Тот же подход применяется к headquarter services.
Если компания действительно управляет группой, занимается стратегией, бюджетированием, рисками, корпоративным управлением или координацией деятельности, это может быть qualifying activity.
Но если компания просто оказывает одной связанной организации обычные IT- или маркетинговые услуги, называть это штаб-квартирой группы будет недостаточно.
Смысл простой: FTA хочет видеть функцию, а не табличку на двери.
Family Foundation: налоговая наконец расставила точки над i
Для тех, кто занимается структурированием частного капитала, пожалуй, одно из самых важных разъяснений касается Family Foundation.
1.На практике многие задавались вопросом: можно ли получить налоговый режим, аналогичный Family Foundation, если семейные активы принадлежат обычной компании? FTA дала однозначный ответ: нет.
Если семья владеет активами через обычную LLC или иную коммерческую компанию, даже если она принадлежит исключительно членам одной семьи и используется только для владения инвестициями, такая компания не становится Family Foundation для целей корпоративного налога. Иными словами, значение имеет не только экономическая цель структуры, но и её юридическая природа.
Чтобы воспользоваться соответствующим налоговым режимом, структура должна быть именно: Foundation, Trust либо иной юридической конструкцией, сопоставимой с ними по своей природе. Это крайне важное подтверждение для международных семей. Последние пару лет многие консультанты заменить полноценный Foundation обычной компанией, считая, что раз семейная цель одна и та же, налоговый результат тоже должен быть одинаковым. Но для меня было очевидно, что если законодатель предусмотрел специальный режим для Foundation, получить его через обычную коммерческую компанию уже не получится.
2. FTA подтвердила, что Family Foundation сохраняет право на налоговую прозрачность даже при владении инвестиционной недвижимостью, если такая деятельность не требует лицензирования и фактически не является операционным бизнесом.
3. FTA подтвердила, что налоговая прозрачность может сохраняться и на уровне компании, принадлежащей сразу нескольким Family Foundations, а не только одной.
Иными словами, если несколько налогово-прозрачных Foundation совместно владеют холдинговой компанией, которая сама соответствует критериям налоговой прозрачности, тот факт, что у неё несколько владельцев, сам по себе не лишает её этого статуса.
На практике нередко создаётся отдельный Foundation для каждого члена семьи или семейной ветви, а затем такие Foundation совместно владеют холдинговыми компаниями, инвестиционными SPV или семейными инвестиционными платформами. Из позиции FTA следует, что сама по себе такая многоуровневая структура не препятствует применению режима налоговой прозрачности, если соблюдены остальные требования законодательства.
Для семейных офисов это хорошая новость. Она позволяет строить более гибкие структуры владения без необходимости искусственно концентрировать все активы в одном Foundation исключительно по налоговым причинам.
Отсутствие лицензии не спасает от постоянного представительства
Многие международные группы по-прежнему считают, что если иностранная компания не получила отдельную лицензию в ОАЭ, то у неё не может возникнуть permanent establishment.
FTA прямо показывает, что это неверно.
Если у иностранной компании есть в ОАЭ постоянное место, через которое фактически ведётся её бизнес, постоянное представительство может возникнуть и без отдельной лицензии.
Важны факты:
- находится ли помещение в распоряжении иностранной компании;
- выполняются ли там основные функции бизнеса;
- насколько долго продолжается присутствие;
- являются ли местные функции вспомогательными или существенными.
Совокупное присутствие более шести месяцев в течение двенадцатимесячного периода FTA рассматривает как один из признаков постоянства.
Даже маркетинговый офис может создать риск, если его деятельность фактически совпадает с основной деятельностью всей иностранной компании.
Вывод простой: отсутствие лицензии означает только отсутствие лицензии. Оно не означает автоматическое отсутствие налогового присутствия.
Торговые компании: меньше формализма, больше доказательств
В торговых и дистрибуционных моделях FTA занимает достаточно прагматичную позицию.
Например, компания из Designated Zone не обязана покупать товары напрямую у производителя. Покупка у другого дистрибьютора сама по себе не мешает признанию деятельности qualifying distribution.
Но важно, что происходит дальше. Если клиент перепродаёт товар или использует его в производстве продукции, которая затем продаётся третьим лицам, деятельность может соответствовать требованиям.
Если же клиент оставляет товар у себя и использует его для оказания услуг или в собственной инфраструктуре, он становится конечным потребителем. Тогда qualifying treatment может быть утрачено.
FTA также прямо ожидает, что компания будет проводить due diligence своих клиентов. Нужно понимать, является ли покупатель перепродавцом или конечным пользователем. Для этого могут использоваться договорные заверения, анкеты, KYC и иные подтверждения.
Иными словами, налоговая позиция теперь должна подтверждаться не только налоговым расчётом, но и коммерческими документами.
По high-seas sales и third-port trading подход также не автоматический.
Зарубежные склады и поставки вне ОАЭ не обязательно лишают компанию статуса QFZP. Но она должна доказать, что основные доходообразующие функции всё равно выполняются в Designated Zone и что там есть достаточный substance.
Commodity trading: хеджирование да, спекуляция нет
FTA провела достаточно чёткую границу в торговле сырьевыми товарами. Физическая торговля qualifying commodities и связанные с ней деривативы для хеджирования рисков могут относиться к qualifying activity. Но самостоятельная спекулятивная торговля деривативами не считается qualifying commodity trading.
Компания должна показать прямую связь между финансовым инструментом и риском, возникающим из физической торговли. То есть фьючерс на нефть может быть допустим, если он страхует цену реальной поставки нефти. Если же компания просто торгует фьючерсами ради прибыли, это уже другой бизнес.
Холдинги и инвестиции: намерение можно доказать
Для инвестиционных компаний есть хорошая новость.
Акции и ценные бумаги могут считаться приобретёнными для investment purposes, даже если фактически были проданы раньше двенадцати месяцев. Главное, чтобы компания могла доказать первоначальное намерение держать их не менее года, а продажа не была частью краткосрочной спекулятивной стратегии.
Если портфель передан профессиональному управляющему по discretionary mandate, намерение оценивается на уровне общей стратегии портфеля, а не отдельно по каждой бумаге. Но сама компания всё равно должна контролировать управляющего и следить, чтобы он действовал в рамках согласованного мандата.
Это важный практический вывод: внутренние инвестиционные политики, решения совета директоров и договор с управляющим могут иметь прямое налоговое значение.
Treasury-функции получили широкое толкование
FTA достаточно благоприятно смотрит на treasury and financing services.
К qualifying activity могут относиться:
- внутригрупповые займы;
- управление ликвидностью;
- платёжная функция;
- гарантии по обязательствам связанных лиц;
- централизованные расчёты;
- управление финансовыми рисками;
- размещение свободных средств.
Даже инвестиции собственных свободных средств группы в банковские депозиты, американские казначейские облигации и корпоративные bonds могут считаться treasury activity.
Это важно для холдинговых компаний и group центров группового финасирования Но и здесь необходимо подтвердить, что компания действительно выполняет treasury-функцию, а не просто пассивно хранит деньги на счёте.
Participation Exemption: FTA выбирает экономический подход
В блоке Participation Exemption содержится несколько полезных разъяснений.
Во-первых, дивиденды из прибыли, накопленной до приобретения участия, также могут освобождаться от налогообложения, если остальные условия выполнены.
Во-вторых, для признания участия не всегда требуется строгое юридическое владение. Beneficial ownership может быть достаточным, если лицо:
- получает экономические выгоды;
- имеет право на прибыль и ликвидационные выплаты;
- контролирует участие;
- отражает его как equity по применимым стандартам учёта.
Это ещё один пример того, как налоговая служба предпочитает смотреть на экономическую реальность.
Отдельно FTA подтвердила возможность применения Participation Exemption к дивидендам из Саудовской Аравии, даже если компания формально уплачивает Zakat по ставке 2,5%.
FTA учитывает, что в Саудовской Аравии корпоративное налогообложение в целом сопоставимо с налогом ОАЭ и применяется по ставке 20%.
Бухгалтерский учёт становится отправной точкой
Один из наиболее важных практических выводов касается финансовой отчётности.
FTA исходит из того, что taxable income начинается с бухгалтерской прибыли, рассчитанной по IFRS или иному допустимому стандарту. Если доход отражён в отчётности по IFRS, он, как правило, попадает и в налоговую базу, если закон прямо не предусматривает исключение. Это касается, например:
- восстановления ранее созданного резерва;
- компенсации, связанной с событиями прошлых лет;
- государственных грантов;
- отдельных переоценок и корректировок.
Даже если первоначальное событие произошло до начала действия корпоративного налога, доход может стать налогооблагаемым, если он был признан в отчётности уже в налоговом периоде.
Для бизнеса это означает, что бухгалтерская политика больше не является исключительно техническим вопросом.
Ошибки в классификации, признании дохода или оценке активов могут напрямую повлиять на корпоративный налог.
Проценты, убытки и beneficial ownership
FTA также подтвердила, что проценты, выплачиваемые физическому лицу, в том числе связанному с компанией, могут вычитаться из налоговой базы. Разумеется, должны соблюдаться рыночные условия, общие правила deductibility и ограничения по процентным расходам.
При передаче налоговых убытков между компаниями тест на 75% общего владения также может выполняться через beneficial ownership, а не только через юридическое владение. Но экономический собственник должен контролировать участие, получать выгоды и отражать его как equity.
Опять тот же принцип: налоговую интересует не только запись в реестре, но и реальное содержание прав.
Другие статьи по темам
